«Хорошая девочка Лида…»

Наверно каждому знакомы строки этого стихотворения, которые читал Шурик в киноленте «Операция Ы». Но немногим известно, что автор этих строк – Ярослав Смеляков – был тесно связан судьбою с нашим Новомосковском.

smel

Смеляков Ярослав Васильевич (08.01.1913, Луцк Волынской губ.–27.11.1972, Москва), советский поэт, критик, переводчик. Лауреат Государственной премии СССР (1967) и премии Ленинского комсомола (1968), кавалер трёх орденов Трудового Красного Знамени. Жил и работал в нашем городе (1945-1949). Был ответственным секретарём газеты «Сталиногорская правда», руководил литературным объединением. Под влиянием событий, происходящих в городе и районе, создал пьесу «Друзья Михаила Югова», поэму «Лампа шахтера», ряд стихотворений. В городском историко-художественном музее открыта мемориальная комната Ярослава Смелякова. В 1980 году на здании горадминистрации установлена мемориальная доска в память о пребывании поэта в нашем городе.

Заведующая отделом краеведения новомосковской библиотеки Анжелика Польшина специально для нашей газеты подготовила подборку стихов известного на всю страну поэта:

— Среди черновиков, забытых Смеляковым в Новомосковске, поэт Валерий Дементьев обнаружил черновик стихотворения, которое прежде не публиковалось, — уточняет Анжелика Васильевна. – Это стихи о первых днях Отечественной войны. Героическим и трудным дням города Сталиногорска после изгнания фашистских оккупантов с территории Подмосковного угольного бассейна посвящены стихи Ярослава Смелякова, датированные 1945 и 1947 годами. Оба стихотворения поэт написал, когда жил в нашем городе.

 

Мы не однажды ночевали в школах,

оружие пристроив в головах,

средь белых стен, ободранных и голых,

на подметённых наскоро полах.

И снилось нам, что в школах может сниться:

черёмуха, жужжанье майских пчёл,

глаза и косы первой ученицы,

мел и чернила, глобус и футбол.

Мы поднимались сразу на рассвете,

сняв гимнастёрки мылись у реки.

Мы шли вперёд, спокойные, как дети,

всезнающие, словно старики.

Мы шли вперёд —

возмездье и расплата,

оставив в классе около стены

страницу «Правды» мятую, гранату,

размотанный кровавый бинт солдата —

наглядные пособия войны.

 

***

Первый день свободного труда,

никогда мы не забудем это:

первый хлеб и первая вода,

первый снег и первая газета.

 

Сохраним мы в памяти своей

праздничное время созиданья,

как из обгоревших кирпичей

заново отстраивали зданья.

 

В нашем счастье жаркого труда

подружились шахты и колхозы.

Угольные мчатся поезда,

движутся колхозные обозы.

 

Мирный дым идёт из наших хат.

И в сиянье зимнего заката

словно башни Химии дымят

каменные башни комбината.

 

Воспоминание. 1941

Гаснет электричество в окне,

Затихает музыка и пенье.

Вспоминает город в тишине

Дату своего освобожденья.

В наших отвоёванных домах

Матери благословляют снова

Снег и кровь на блещущих клинках

Всадников из корпуса Белова.

Я в стихе, как в сердце, берегу

Силуэты конников в снегу,

На морозном поле площадей –

Лёгкие копыта лошадей,

На широких улицах больших –

Речь освободителей твоих.

Девушки Сталиногорска в книжки

Вписывают ваши имена,

И влюблённо держатся мальчишки

За своих героев стремена.

Мчатся кони в солнечном просторе

Конники проносят по фронтам

Смерть и горе гитлеровской своре,

Жизнь и славу нашим городам.

* * *

Стихотворение «На могиле героев» было опубликовано 13 ноября 1945 года в «Сталиногорской правде» через несколько дней после открытия в Урванском лесу памятника воинам, павшим при освобождении города.

 

У насыпи братской могилы

я тихо, как память, стою,

в негнущихся пальцах сжимая,

гражданскую шапку свою.

 

Под тёмными лапами елей,

в глубокой земле, как во сне,

вы молча и верно несёте

сверхсрочную службу стране.

 

Всей верой своей человечьей,

и мыслью, и сердцем своим

мы верим погибшим солдатам,

и мёртвые верят живым.

 

Одною мы любим любовью

туманные зимние дни,

одни вспоминали мы сказки

и помнили марши одни.

 

Так вечная слава убитым

и вечная слава живым!

Склонившись, как над колыбелью,

мы в ваши могилы глядим,

 

И мёртвых нетленные очи,

победные очи солдат,

как звёзды сквозь облако ночи,

на нас, не мерцая, глядят.

* * *

Герой поэмы «Лампа шахтёра» — житель Сталиногорска, новатор-горняк Михаил Фомченков:

 

.. .Комсомольский значок на

его пиджаке, да шахтёрская

лампа в тяжёлой руке.

 

Эту вечную лампу — стекло

и металл — сыну в день своей

смерти отец завещал…

 

По стране пятилеток

несёт паренёк завещанье

отца – дорогой огонёк…

* * *

Стихотворение «Кладбище паровозов» навеяно посещением депо Урванка:

 

Кладбище паровозов.

Ржавые корпуса.

Трубы полны забвенья.

Свинчены голоса…

 

Эти дворцы металла

строил союз труда:

слесари и шахтёры,

сёла и города.

 

Шапку сними, товарищ.

Вот они, дни войны.

Ржавчина на железе,

щёки твои бледны.

 

Произносить не надо

ни одного из слов.

Ненависть молча зреет,

молча цветёт любовь.

 

Тут ведь одно железо.

Пусть оно учит всех.

Медленно и спокойно

падает первый снег.

***

В качестве корреспондента местной газеты Ярослав Смеляков побывал у знаменитой сказительницы бабушки Двинской. В результате этого посещения появилось стихотворение «Пряха».

 

Раскрашена розовым палка,

дощечка сухая темна.

Стучит деревянная прялка.

Старуха сидит у окна.

 

Бегут, утончаясь от бега,

в руке осторожно гудя,

за белою ниткою снега

весенняя нитка дождя.

 

Ей тысяча лет, этой пряхе,

а прядей не видно седых.

Работала при Мономахе,

при правнуках будет твоих.

 

Ссыпается ей на колени и

стук партизанских колёс,

и пепел сожжённых селений,

и жёлтые листья берёз.

 

Прядёт она ветер и зори,

и мирные дни и войну, и

воды свободные моря,

и радиостанций волну.

 

С неженскою гордой любовью

она не устала сучить

и нитку, намокшую кровью,

и красного знамени нить.

 

Декабрь сменяется маем,

цветы окружают жильё,

идут наши дни, не смолкая,

сквозь тёмные пальцы её.

 

Суровы глаза голубые,

сияние молний в избе.

И ветры огромной России

скорбят и ликуют в трубе.